Эсхатологическое обозрение

Роман Вершилло

Возможно ли зло окончательное («абсолютное») – в человеке, в его мыслях и поступках? Под абсолютным злом я понимаю, конечно, не метафизическое понятие, а такой грех, который нельзя постичь, который нельзя победить и с которым невозможно сосуществовать.

• Всякое зло – окончательное.
• Никакой грех нельзя постичь.
• Ни с каким злом невозможно сосуществовать.

Эти ответы верны как в практическом смысле, так и в теоретическом, что особенно ярко видно на примере последних ста лет человеческой истории.

Окончательность зла была явлена и в революционном терроре, и в преступлениях советского режима, и в нацизме. Непосредственно на наших глазах такое абсолютное зло воплощается в современном российском режиме и в апокалиптических действиях Израиля и США.

В книге «Stalin’s terror: high politics and mass repression in the Soviet Union» приводится пример из 1938 года, когда глава Московского областного НКВД Леонид Заковский разоблачал «врагов народа» по телефонной книге, отмечая фамилии, казавшиеся ему подозрительными – похожие на польские, латышские, болгарские и т.д. За два месяца он арестовал 12 500 человек, подавляющее большинство которых были расстреляны.

Аналогичные примеры беспредельного – и потому абсурдного – зла ставят в тупик любого наблюдателя и мыслителя. Их можно фиксировать на бумаге или в памяти, но от всякого объяснения они ускользают. В них можно только верить, с полной ясностью сознавая лишь то, что вся глубина зла остается, и навсегда останется, неосознанной. И это ставит нас перед вопросом: как относиться к такому злу и как поступать.

Вменяемый человек будет непременно пытаться следовать линии поведения нормального человека и трезво оценить размеры зла. Но это не просто недостижимо: поскольку осознать значило бы и вместить в себя всю глубину и широту зла. Поступая в этом случае «сознательно», мы жестоко обманываем сами себя. Нужно произвольно и заранее признать, что все на самом деле хуже, чем мы сможем себе когда-либо вообразить.

Зло не вмещается ни в какое сознание, однако зло ослепляет «нормальное» сознание и делает своим пособником. Чему прекрасный пример – поведение нейтральных европейских государств перед лицом гитлеровской агрессии в 1939-1940 годах. Хотя известный заговорщик против Гитлера полковник Ганс Остер многократно и доказательно предупреждал «нейтралов» о планах Гитлера, ему отказывались верить. Но из этого делались и преступные выводы, поскольку бельгийцы и голландцы не хотели полностью встать на сторону Британии и Франции, и не могли во всю мощь готовиться к отпору гитлеровским войскам, поскольку рассчитывали своим пацифизмом отвратить агрессию, и тем самым, в свою очередь, облегчали вторжение и разгром.

Как пишет известный историк Герхард Вайнберг, чтобы не раздражать Гитлера, Голландия и Бельгия отказались полностью скоординировать свои оборонительные планы с Францией и Британией. Более того нейтральные государства поставили именно в этот момент во главе своих вооруженных сил тех командиров, которые были мало расположены к сотрудничеству с «союзниками». Голландцы вообще таким образом поменяли свои планы, что отказались от всякой помощи со стороны своих единственных защитников. Бельгийское же правительство вообще рассчитывало получить плюсы со стороны гитлеровцев, поскольку пожаловалось на английские войска, которые вошли в «открытый город» Брюссель.

Со стороны Гитлера, такая политика была вполне сознательной, поскольку готовность к отпору (СССР, например) служила поводом для нападения, а саморазоружение – поводом для аннексии. И он никогда этого не скрывал, излагая в своих речах и беседах с западными политиками. Надо было принять во внимание слепую волю Гитлера к войне и разрушению. Но на это никто из тогдашних глав правительств не оказался способен. А раз так, то уже сама рациональность тактики борьбы со злом лишь открыли беспрепятственную дорогу злу.

Ужас зла в том и состоит, что оно превосходит все разумные соображения. Один из заговорщиков против Гитлера цитировал слова барона фон Штейна, сказанные в 1808 году. Фон Штейн призывал императора Фридриха-Вильгельма III сопротивляться Наполеону: «Единственное спасение для честного человека – это убежденность в том, что злой готов на любое зло. Доверять человеку, у которого ад в сердце и хаос в голове – хуже чем слепота. И если Вас не ждет лишь поражение и страдания, сделайте, по крайней мере, благородный и честный выбор, который сам по себе будет служить утешением и опорой «.

То же самое иными словами выразил о. Серафим (Роуз): «Сейчас позже, чем ты думаешь».